Сергей Васильев: «Я влюбился в востановление усадеб»

Председатель совета директоров «Русских фондов» рассказывает о семье и о своих увлечениях – восстановлении усадьбы Куракиных в Тверской области, владельцем которой недавно он стал, и коллекционировании прижизненных сборников поэтов Серебряного века.

Как я стал владельцем усадьбы? У меня приятельские отношения с Дмитрием Зелениным, теперь уже бывшим губернатором Тверской области, и Андреем Епишиным, председателем местного заксобрания. Они тоже с Физтеха, мы знакомы еще со студенческих лет, со стройотрядов. В какой-то момент, когда я заинтересовался землей, они показали мне некоторые усадьбы. На одной из них – усадьбе Куракиных «Степановское-Волосово», памятнике федерального значения, я остановился. Она была в полной разрухе – последние 20 лет там находилась психбольница, которая несколько лет назад сгорела. К счастью, не полностью, осталось много элементов, по которым можно было все восстановить.
После пожара там все совсем разваливалось, крестьяне растаскивали последний паркет. Взял ее в аренду пять лет назад, начал восстанавливать, а позднее уже выкупил, сейчас это частная собственность. Территориально усадьба находится в полутора часах езды от Рублевки по Новой Риге.
Это ответственный проект, историческое место. Петр I отдал эти земли князьям Куракиным, которые входили в ближний круг императорского двора. В Тверской губернии это было одно из самых больших дворянских поместий –
площадь построек 3000 кв.м, а территории – 30 га. С того времени оно ни разу не продавалось, а все время переходило по наследству. В 1917 году поместье, по известным причинам, было национализировано.
Усадьба состоит из центрального дома и двух флигелей. Между ними – галереи с ротондами. Один из владельцев князь Алексей Борисович Куракин, член Академии художеств, в середине XIX века написал пять картин с изображением усадьбы. Именно по ним мы восстанавливаем внешний вид комплекса. На территории парка был готический замок, который, по описанию, служил летним крепостным театром. К концу XIX века его уже не было, но мы нашли фундамент, на котором он стоял, и сейчас работаем над проектом восстановления. Сохранился обелиск в честь императора Александра I, его реставрацию закончим в этом году. В усадьбе был ещё большой пруд с китайской беседкой и венецианским мостом. Они тоже будут восстановлены.
Совсем недавно нашёл изображение каменных львов, которые должны лежать у парадных въездных стелл. Когда я купил усадьбу, их уже не было, но местные жители рассказывали, что в советское время они еще здесь были. Пациенты психбольницы перетаскивали их с места на место, но сохранили. А в 1990-х львы куда-то пропали. Недавно под Звенигородом мы нашли человека, который увез их и еще кое-что из усадьбы, чтобы сохранить от мародеров после пожара. И в результате наши львы нашлись в парке другой усадьбы, куда их разместили на «сохранение». Усадьба эта принадлежит семье покойного бизнесмена Бориса Федорова, который первым из российских предпринимателей приобрел для восстановления заброшенную усадьбу. Списался с семьей Федорова, переговорил с ними, и теперь львы, потрепанные жизнью, вернулись в родную усадьбу.
Занимаюсь восстановлением Куракинского герба, который исторически висел на фронтоне, собираюсь его повесить на то же место. Герб сорвали в 1917 году, а кусок железа, к которому он крепился, висел вплоть до наших дней, сейчас лежит у нас на складе. Постоянно, когда туда приезжаю, нахожу какие-то исторические детали. Начали копать дорожки – нашли какой-то кусок ограды XIX века. История тут на каждом шагу: в доме за печкой нашли кусок росписи, который оказался копией старинной картины, которая висит сейчас в Государственном историческом музее.
Сегодня мы уже вышли на финишную прямую по восстановлению усадьбы. Как на любой стройке, уж лучше бы с нуля все строить, какую-то стену легче может было бы снести, но она носит исторический характер. Когда камню уже 200 лет, то ты любой ценой хочешь его сохранить. И поэтому это все надо скреплять, сцеплять и тратить гораздо больше времени и сил. Чем-то остаюсь недоволен. Например, нужно было все печи восстанавливать – без печей интерьеры комнат кажутся не завершенными.
У нас с женой в прошлом году была серебряная свадьба, хотели ее в усадьбе устроить, но не успели с ремонтом.
С Маргаритой мы познакомились в институте – она училась курсом младше, тогда же поженились. К тому моменту, как я окончил институт и аспирантуру, у нас уже было двое детей. Сейчас их четверо: трое сыновей и младшая дочь, учится в четвертом классе. Старший сын окончил университет St. Andrews в Шотландии, где, кстати, познакомились Уильям и Кейт, изучал мировую экономику и политику. До этого еще успел окончить театральное училище. Средний и младший сыновья учатся в Москве.
Больше всего усадебный проект интересен дочке, потому что она видит, как папа что-то там все время рисует. Задает вопрос: «А где будет моя комната?» Мы пока решили, что жить постоянно в усадьбу не переедем, но часто будем отдыхать здесь на выходных. Я не собираюсь закрывать приусадебную территорию. Два боковых флигеля будут жилые, а вот центральное здание можно открыть для посещений. Открытый доступ к замкам и предместьям – распространенная практика в Англии и Франции. У нас такой модели еще нет. Пока я точно не знаю, как совместить частную жизнь в усадьбе и открытый доступ, но, думаю, со временем определимся.
Я не сторонник устраивать из дома чистого рода музей, он тогда будет носить уже такой спящий, скучный вид. Все-таки усадьбы должны жить. Но, безусловно, так как это место носит исторический характер, я периодически буду устраивать там мероприятия. До революции в доме хранилось более тысячи картин, много портретов, много ценных работ. Сейчас часть из них в запасниках Тверской картинной галереи. В помещениях усадьбы можно будет сделать выставку. Дом это позволяет. Со временем буду обсуждать такую возможность с Тверской картинной галереей и другими российскими музеями, где хранятся картины из «Степановского-Волосово».
Есть у меня еще одно увлечение – собираю прижизненные издания поэтов Серебряного века. Поэтому в поэзии разбираюсь неплохо. Собственные поэтические пристрастия постоянно меняются, сейчас из любимых – Иосиф Бродский. Уже собралась, наверное, одна из самых полных в России таких коллекций: у меня есть почти все прижизненные сборники Маяковского, Есенина, Цветаевой, Ахматовой, Блока, Гумилева и других поэтов. Есть и особо ценные экземпляры, например, книга Ахматовой «Белая стая», написанная лично ее рукой. Она в голодные 20-е годы переписала от руки несколько своих книг. Начал я собирать книги десять лет назад, и сейчас в связи со строительством усадьбы планирую в одной из ротонд устроить библиотеку прижизненных изданий поэтов Серебряного века.
finparty.ru, forbes.ru
фото Макса Новикова (Forbes),
Александра Кукушкина

 

Из досье «За науку»:

Сергей Васильев, 48 лет.
Возглавляет совет директоров инвестиционной группы «Русские фонды» с 1999 года. До этого с 1996 года занимал пост первого заместителя председателя правления акционерного коммерческого банка «Международная финансовая компания» (МФК). С 1991 по 1996 годы занимал должности директора московского филиала, затем – первого вице-президента АКБ «Тверьуниверсалбанк». Коллекционирует прижизненные сборники поэтов Серебряного века. Восстанавливает усадьбу Куракиных в Тверской области. Активно занимается спортом. Женат, четверо детей.

03.12.2013



Архив новостей

© 2002–2018
ARP.Site